Сидя в следственном изоляторе, человек, застреливший Квантришвили, – 39-летний Леша-Солдат, уверяет следователей, что не знал, кого ему поручили застрелить 5 апреля 1994 года у Краснопресненских бань. Лидеры ореховской бригады якобы сказали ему: «Из здания выйдет несколько человек, стреляй в лысоватого крупного мужчину спортивного телосложения». Имени своей жертвы Солдат вроде бы не знал. Когда из бани вышло несколько человек, киллер растерялся. Под данное ему описание подходили двое. Он решил обоих и завалить. Первые три выстрела достались Квантришвили. Когда Отари упал, к телу раненого друга быстрее всех подбежал как раз тот, второй «спортсмен». Это его и спасло. Киллер сжалился и не стал стрелять. Этим вторым был Михаил Мамиашвили, легенда советского спорта в целом и греко-римской борьбы в частности. Тем временем убийца быстро собрал вещи и напоследок, уже убегая, ...разбил приклад своей винтовки. Это своего рода метка. На криминальном языке разбитый приклад винтовки означает глубочайшее уважение к жертве. Мол, «ты, уважаемый, был последним, в кого стреляло это ружье. Прости...». Выходит, знал Леша-Солдат, кого он застрелил в этот вечер? И именно поэтому ударился в бега, боясь, что его теперь самого, скорее всего, уберут его же заказчики.

Возможно, знал убийца и имена тех, кто на самом деле стоял за этим заказом. Не ореховских братков, а тех, кто повыше будет и посильнее. Кстати, уже сегодня известно, кто непосредственно отправил Солдата к Краснопресненским баням, то есть на убийство. Это некий Григорий Гусятинский, правая рука Сильвестра и, между прочим, старший лейтенант КГБ. Тогда, на кладбище, мне впервые удалось разговориться с друзьями «крестного отца». У них не было сомнений – «Отарик» стал жертвой собственных амбиций, перешел дорогу крупному бизнесу и стал мешать МВД. Могло ли государство вернуться к испытанной схеме уничтожения неугодных, пусть даже представителей мафии? У тех, кто был в тот апрельский день на Ваганькове, ответ был только один. Конечно да! И для всех это был сигнал.