- Пит, не здесь. Войдем внутрь.

Он сердито зыркнул на нее.

- Нет. Это ничего не изменит.

- Что ты хочешь сказать, милый?

- Сама знаешь.

- Питер, ты такой милый.

Он едва сдержался, чтобы её не ударить.

- Спокойной ночи, Элис.

- Ты хочешь уйти? Останься...

- Нет, спасибо.

Кул подумал, что она расстроилась, потому что он прервал её издевательства, её насмешки. Он сам себе удивлялся, как устоял перед ней, сумел дать отпор, не пошел на поводу, как обычно. Сейчас он чувствовал лишь холод и пустоту, глядел на неё беспристрастными глазами, и только.

В её глазах сверкнула искра гнева.

- Отец сказал, что пока твоя машина в ремонте, Минни могла бы приготовить тебе комнату, милый.

- Я что, должен спать там, где укажет твой отец?

- Милый, я тебя не понимаю.

- Я и сам себя не понимаю.

- Ты сегодня такой нервный, - Элис погладила его щеку и снова улыбнулась. - Бедный Питер... Расстроился из-за меня?

- Да.

- Очень жаль, милый. Но я ничего не могу поделать, ты же знаешь.

- Нет, можешь.

Кул сам удивлялся накопившемуся в душе холодному внутреннему протесту. Два года он исполнял все приказы, следовавшие один за другим, даже не думая протестовать, счастливый тем, что пользовался привилегией сопровождать Элис повсюду, куда ни предложит Хэнк Джордан. Две недели Элис была его женой, и издевалась над ним, как хотела. Гнев клокотал в нем, когда он повторил:

- Можешь, Элис.

Она вскинула улыбчивые глаза.

- Милый, ты хочешь, чтобы я с тобой спала?

- Ведь мы женаты, верно?

- Конечно, Питер. И я сожалею, если причиняю тебе боль,

Он резко бросил:

- Ну, одно из двух. Или будь моей женой, или оставь меня в покое.

Она взяла его руки, просунула себе под шубку и положила на гибкую талию. Тело чувственно выгнулось под его прикосновением, она откинула голову назад, чтобы взглянуть на него, и дыхание сорвалось на хрип.