- Не казнись, Алексей Николаевич. Ну, случилось.

- Самоходки.- Генерал круто повернулся к нему.- Почему я не подтянул самоходки, а? Почему? Все поскорее захотелось, как-нибудь, только поскорее.

Он вдруг встал, вылез из-за стола. Адъютант рванулся было следом, но генерал остановил его:

- Сиди. Я в медсанбат.

6

Прочесав местность вокруг расположения и спугнув при этом еще одну парочку, Федор опять вышел к мрачной полуразрушенной башне. Здесь он пережил минный налет, отсюда пошел в последний бой, по этому откосу, подобрав юбку, бежала черноволосая радистка... Он посмотрел в низину, где должны были стоять машины радиостанции, и увидел их. В маленьком окошке чуть светилась полоска: видно, плохо прилегала светомаскировочная штора.

Он беззвучно подкрался к машине, тронул дверь, понял, что она заперта, и постучал. Постучал громко, как стучит человек, пришедший по делу.

- Кто там? - спросили из-за двери, и он узнал ее голос.

- Генерал зовет,- как можно проще сказал он.- Все собрались, а тебя нет.

- Генерал? - удивленно спросила девушка.- Какой генерал?

- Ну, наш, конечно. Других не держим.

- Я сейчас! Сейчас!..

В другое время он обратил бы внимание на ее радостно зазвеневший голос, но тогда ему было не до этого.

- Живее,- сказал он.- И так хороша.

Она открыла дверь, и в тот миг, пока еще горел свет, он успел увидеть ее сияющее лицо. Потом она захлопнула дверь, и свет погас.

- Куда идти?

- Там, за башней,- сказал Федор.- Иди вперед.

Она быстро, не оглядываясь, стала подниматься к башне.

- И что это он обо мне вспомнил?

По голосу Федор понял, что радистка улыбается, и рассердился:

- Значит, приглянулась. Данные показала вовремя.

Она промолчала. Федор шел сзади. Он ни о чем не думал и только чутко вслушивался в звонкую ночь, пытаясь определить, нет ли поблизости людей. Один раз, правда, мелькнула мысль, что это - преступление, но он тут же отогнал ее: "Постесняется жаловаться. А если и пожалуется - простят. Победа - добрые все..."