Большая их часть представляла собой оптимистические утопии, демонстрирующие будущий мир классического - бесклассового - мира по Марксу. Лучшая (и оказавшая наибольшее влияние) утопия была написана уважаемым автором Алексеем Толстым. Его "Аэлита" (1922 год), на которую, в свою очередь, повлиял Э.Р. Берроуз, равно как и Лондон, Уэллс и вышеупомянутая "Красная звезда" Богданова, переносит революцию на Марс - контрапунктом к горько-слащавой истории любви марсианской принцессы и ученого-ракетчика. С "Аэлитой" русская фантастика наконец добилась мирового признания и слилась с "основным потоком" литературы. Главная советская награда за достижения в области фантастики (соответствующая американским "Хьюго" и "Небьюла") названа "Аэлитой" - в честь этого романа. Параллельно с подобными революционно-любовными историями развивался и жанр более обычных романов - романов-катастроф, клеймящих разложение и упорство немарксистского строя. Сочетая жюль-верновские технические предсказания с уэллсовским чувством социальных трагедий, они изображали капиталистические олигархии рушащимися под гневом восставшего пролетариата, доведенного до отчаяния беспощадной эксплуатацией. Также причиной падения могло служить неправильное использование роботов, химического и биологического оружия или "лучей смерти". Лучший пример этого жанра демонстрирует опять-таки роман Алексея Толстого, "Гиперболоид инженера Гарина", помещая аморального ученого в центр "сенсационного" замысла - этот ученый борется за власть над капиталистическим обществом, используя контроль над производством атомной энергии, хотя и обречен (наравне с этим капиталистическим обществом) погибнуть от руки восставших масс. Даже авторы, принадлежавшие к советскому "основному потоку" литературы, в то время написали много работ, принадлежащих фантастике, пусть даже это было отходом в сторону от обычных их жанров. Наиболее популярным из таких литераторов был Владимир Маяковский, поэт, известный также пропагандистскими пьесами и киносценариями.