- Ну, и какие же свидетельства ее невиновности ты собираешься

найти? - неповторимо мерзким тоном спросил Володька.

Сима промолчала, схватила телефонную трубку, лихорадочно набрала номер Кострова.

- Сергей? Что ж ты из меня дурочку делаешь?! Ах, не

понимаешь? А что за неверная жена? Домыслы журналистов? А порнофотографии на столе покойника тоже домыслы журналистов? Ну, ну... Сима повесила трубку и тяжело вздохнула.

- Ну ладно, мать, не расстраивайся, - пожалел

ее Володька. На его круглом, курносом, малоинтеллектуальном

лице было написано искреннее сочувствие. - Ты что так переживаешь? Влюбилась в него, что ли? - попал он в точку.

Сима только пожала плечами и вздохнула.

- Ну давай поедем к нам, попьем кофейку с коньячком,

Инка будет рада.

- Мне сначала нужно разобраться с Сергеем.

- Да плюнь, подождет он до завтра, поехали, а?

Сима поколебалась, затем демонстративно отключила мобильник и уже бодрее сказала:

- Только уговор, купишь мне "Вацлавский" торт.

* * *

Инка и вправду обрадовалась. Старые подруги, бывшие одноклассницы,

которых жизнь развела, одну на баррикады валютной проституции, другую

на баррикады борьбы с преступностью, они неожиданно и дружно

оставили прежний род деятельности и еще больше сблизились. Первое

Симкино дело, которое, с ее точки зрения, так неудачно закончилось, связало всех троих. Пока Сима разыскивала истинного преступника, искренне считая свою подругу убитой, та нахально отсиживалась на ее же даче. А затем ее пришлось прятать у ошалевшего от неземной Инниной красоты и сексапильности Володьки Снегирева. Потом дело закрыли, несчастного маньяка посадили в психушку, настоящая преступница как в воду канула, и в итоге Сима разочаровалась