Мы здесь в столицах плачемся, что литературы нет, а молодые южнорусские исследователи посвящают свои выступления книгам Захара Прилепина и Дмитрия Быкова, Александра Трапезникова и Олега Павлова, размышляют о прозе Владимира Личутина и Александра Проханова, Бориса Екимова и Владимира Крупина. Значит, есть ещё порох в русских пороховницах. Думаю, в Москве задорное выступление молодого прозаика Сергея Шаргунова вызвало бы меньше споров и полемики, чем в Армавире, где его не отпускали с трибуны добрых полчаса. Увы, в Москве нынче меньше читают.

Вадим Кожинов, выдающийся русский критик и историк, публицист и мыслитель, уже врос в жизнь русского Кавказа. О кожиновских чтениях пишут в местных газетах, говорят по местному телевидению. Недалеко то время, когда, уверен, и улица в Армавире появится имени Вадима Кожинова. Тем более что бывший ректор университета, профессор Владимир Тимофеевич Сосновский, в 2002 году поддержавший саму идею кожиновских чтений, нынче стал главой городской Думы Армавира.

Дискутируя о литературе, неизбежно говорили и о жизни. Тем более реалии нынешний жизни русского Кавказа дают немало тревожных тем. Да и программа, как всегда тщательно подготовленная кафедрой литературы Армавирского университета, не ограничивалась одним Армавиром: на автобусах мы проехали из Армавира до Пятигорска, оттуда отправились в гостеприимный Кисловодск, затем шестичасовый бросок до Краснодара. Хочешь, не хочешь, но кроме университетских интеллектуальных баталий и игрищ окунёшься и в реальную жизнь южной России.

Увидишь своими глазами и разнообразие народов, почувствуешь важность умной национальной политики России, где каждый народ должен понимать свою значимость в развитии общества. И в то же время каждый народ должен видеть богатство и мощь русской нации. Как тут обойдёшься без культуры, без русского театра и русской музыки, без высочайшей роли русской литературы. Я воочию увидел и услышал – Михаила Лермонтова скоро кавказские народы будут знать лучше русских, "Хаджи Мурат" Льва Толстого – высоко ценимая всеми кавказцами книга. Может быть, только ради русской литературы и будут иные народы по-прежнему учить русский язык?