В советское время былой народник стал критиком-академистом. Ехидный и остроумный лефовец Виктор Шкловский писал о нём: "А.Горнфельд – человек почтенный и украшенный многими ошибками. Так адмирал Макаров был славен своей неудачной попыткой совершить полярное путешествие на ледоколе. Горнфельд никуда не плавал, и, кажется, этим очень гордится. Литературно он никого не родил и это, вероятно, очень аристократично. Конечно, Горнфельд умнее журнала, в котором он писал, но тем хуже, так как он действовал сознательно. В литературе не надо жалости и нужно поэтому не замалчивать бесполезность пути Горнфельда, а сделать из него памятник и пугало". Столь же неприязненное отношение вызывал Горнфельд у О.Э. Мандельштама: "К числу убийц русских поэтов или кандидатов в эти убийцы прибавилось тусклое имя Горнфельда. Этот паралитический Дантес, этот дядя Моня с Бассейной, проповедующий нравственность и государственность, выполнил социальный заказ совершенно чуждого ему режима, который он воспринимает приблизительно как несварение желудка... Погибнуть от Горнфельда так же смешно, как от велосипеда или от клюва попугая".

Умер в Ленинграде в возрасте 73 лет.

7. Павел Никитич САКУЛИН (1(13).09.1868, с. Воскресенское Самарской губ. – 7.09.1930, Ленинград, похоронен в Москве). Принадлежал к культурно-исторической критической школе. Участвовал в острых дискуссиях двадцатых годов, соединяя академическое литературоведение с марксизмом. Сакулин считал, что любое произведение представляет собой единство трёх сторон: "продукта художественного творчества писателя", "социального явления" и "факта исторической жизни в её непрерывной изменяемости". Он разработал как бы свой социологический метод в критике, дополняя его психологизмом. За эту осторожную эклектику его критиковали и справа и слева.