Ах, как плохо люди понимают друг друга!

В одном из интервью Зиновьев говорил:

— Меня зачисляли в антисемиты и сионисты, в русофобы и русские шовинисты, в коммунисты и антикоммунисты… Я ни то, ни другое, ни прочее. Моя позиция такова: я — самостоятельное государство из одного человека, я никому не служу, не следую ни за кем.

Ольга Мироновна Зиновьева (девичья фамилия — Сорокина) пояснила мне, автору настоящего очерка, заподозрившему ее супруга в индивидуализме:

— Нет, это не индивидуализм. Это защитная реакция человека, изгнанного из своей страны, но остающегося ее верным сыном. Все наше существование на Западе сопровождалось постоянными переживаниями и опасениями за свою жизнь. В нашей семье двое дочерей. Полина родилась в Москве, в 1971 году. Ксения появилась на свет в 1990 году в Мюнхене. На Александра Александровича не раз покушались, он был на волосок от гибели. Мы не выясняли, чьих это рук дело — КГБ, ЦРУ или еще каких-то темных сил. Супруг неутомимо работал, ведь труд — смысл его жизни. За годы эмиграции он написал более сорока книг.

РОДОМ ИЗ ДЕРЕВНИ

Места его детства — деревня Пахтино Костромской области — до сих пор славны первозданностью, незамутненной чистотой русской природы. Родился Александр в 1922 году. Пытливый паренек укреплял в деревенской вольнице тело и дух.

С первых дней войны он в действующей армии. Сперва его, прыткого, ловкого, определили в кавалерию, ведь с детских лет знал лошадей, любил скакать верхом. Воевал героически, получал ордена и медали. Ближе к концу Великой Отечественной поменял военную специальность. Стал летчиком-штурмовиком, бомбил скопления фашистских войск за линией фронта.