На это им хорошо ответили два моих современника. Ответили в минувшем, 2000 году.

Поэт Егор Исаев так и назвал свое стихотворение — "Про занавес". Послушайте, вы, которым это было и остается невдомек:

Он был, железный занавес. Да, был.

Про то не знает разве что дебил.

Все щели — всбой, все наглухо — ворота,

Чтоб никакая подлая наркота

Не вгрызлась в кровь, чтоб кровь не стала черной,

Чтоб красоту не осквернило порно,

Чтоб мир души не цепенел над бездной…

Да, да, он был воистину железный,

Тот занавес, и все ж при всем при этом

Он был открыт, как небо для рассвета.

А другой писатель на пороге нового тысячелетия, когда весь честной народ, спасенный нами мир отмечал пятьдесят пятую годовщину Величайшей победы над фашизмом, написал удивительную книгу под названием «Душа». У Александра Петровича Коваленко по числу она, кажется, перевалила уже за третий десяток. И все о них же, о тех, из сердца которых, исполненных высокой любви к Отчеству, к тому самому Человеку в человеке, и воздвигался тот несокрушимый занавес, на который наткнулось вражеское нашествие и разбилось вдребезги.

Из той книги мы вдруг узнали, что за Алексеем Маресьевым выстраивается ряд других, кто, опираясь на крылья души своей, без одной, а то и без двух ног, снова подымался в небо, сбивая гитлеровских асов. Вслед за Александром Матросовым, в том же году, закрывали амбразуры вражеских дотов другие Матросовы, лишь с другими именами, его ровесники, такие же юные, сознательно расставаясь с жизнью, на подходе к зрелости, иначе сказать — в самом, по сути, начале.