Либеральные газеты ехидно спрашивали: как Ирина Хакамада будет читать прозу Александра Проханова? Нашей демшизе кажется, что это все равно, что живого ежа целиком проглотить. Все были уверены, что Хакамада не позволит попасть в лауреаты чужому для демократов писателю.

Да и банкир Владимир Коган вряд ли был отнесен к поклонникам газеты «Завтра». И потому отчаянные оптимисты из патриотов надеялись лишь на фронду Диброва, желающего отомстить путинскому режиму за НТВ, на рокерскую эпатажность и антибуржуазность Артема Троицкого, на латентную имперскость Павла Крусанова. И на общечеловеческую жалость и сострадание к узнику Лефортовского каземата Эдуарду Лимонову, на писательскую солидарность. Еще в памяти выдвижение в российские академики Максима Горького, когда он находился тоже под следствием в царское время… Все оптимисты, и я в том числе, просчитались. Не нашлось ни солидарности, ни сострадания, ни смелого эпатажа, ни желания подняться поверх барьеров. Либеральная тусовка продемонстрировала свое буржуазное нутро, но зато политики и финансисты оказались на высоте. Впрочем, по порядку.

Когда я ехал в Петербург на церемонию вручения, на присуждение первой премии Александру Проханову не надеялся, изначально не подходил наш лучший русский баталист составу малого жюри, но в лауреатство Эдуарда Лимонова еще верил… Еще бы, такой шанс "Национальному бестселлеру" сразу же войти в историю литературы, лучшей рекламы премии и пожелать бы нельзя: в камере знаменитой тюрьмы Лефортово знаменитая Хакамада вручает знаменитому Лимонову премию лауреата. Неужели упустят шанс? С другой стороны, впервые премия по-настоящему внепартийна, есть шанс объединить враждующие уже десять с лишним лет слои общества, прорваться сквозь баррикадное мышление, сумеют ли воинствующие либералы подняться над своими групповыми интересами? Я откровенно, насколько позволял устав премии, старался повлиять на членов жюри и в Москве, и уже по приезде в Петербург, в уютно-буржуазной гостиничке на берегу реки Пряжки под уютным названием Матисов домик.