"Любителям теорий заговоров, уверенным, что во всех премиях "все куплено", будет занятно узнать, как на самом деле делается история… Очень просто. Покупается большая бутылка водки… Подпаивается… Крусанов… В результате у Юзефовича оказывается два голоса, а у Быкова один. Без Пашиной рокировки было бы все ровно наоборот. Смею вам уверить, что решения по РАО «ЕЭС» принимаются примерно так же…" Даже если все так и было, в чем можно и сомневаться, никак не колеблет эта пьянка теорию заговоров. Не вижу большой разницы: Юзефовичу или Быкову дали бы премию. Результат и для реноме премии, и для всего общества был бы один. А вот в то, что Курицын с бутылкой водки мог бы переломить саму либеральную ситуацию, очень сомнительно. И Павел Крусанов при всем своем латентном империализме вряд ли решился бы ослушаться мнения буржуазно-издательской среды и переписать свой голос в пользу Проханова или даже Лимонова. Пойти против всех своих — кишка тонка. Даже обидно, ведь его "Укус ангела" абсолютно противоположен прозе Юзефовича и по стилистике, и по заложенным в романе идеям.

Уже в конце церемониала я спросил Ирину Хакамаду, довольна ли она итогами первой премии. "Я очень довольна, потому что на самом деле по жанру, по интриге роман Юзефовича наиболее отвечает требованиям бестселлера. Мне кажется, церемония удалась". Иного ответа от председателя жюри, наверное, и нельзя было ожидать, но неужели такая спокойно-буржуазная судьба ждет и саму премию в дальнейшем? Разве об этом мечтал ее идеолог Виктор Топоров?

Море волнуется — раз, море волнуется — два, а на счете три замерло, и не добежало до Невы державное течение нашей литературы. И сам лауреат, бывший пермский, а ныне московский автор исторических детективов, тут ни при чем. Был бы на его месте Акунин или была бы Толстая — избрали бы их. На самом деле талантливо, изобретательно, а то, что мимо жизни, мимо живого человека, где-то на обочине русских традиций, так это для буржуазного общества неважно. Главное, чтобы державное море не разволновалось…