Все, бес. Я достаточно времени потратил на тебя. Подошло генеральное время суток — время вечерней молитвы, время воздания благодарения Ему за еще один прожитый день. Окончательный приговор твоим бессмысленным потугам в борьбе с Крестом — слова на десантном рюкзаке уходящего в разведку в Чечне спецназовца, Христолюбивого воина: "Прости нас, Господи!"

Помни, что всякая помеха есть Божие наставление,

и потому положи в сердце свое слово,

которое Я объявил тебе в сей день —

От Меня это было.

Храни их, знай и помни — всегда, где бы ты ни была,

что всякое жало притупится, когда ты научишься

во всем видеть Меня.

Все послано Мною для совершенствования души твоей

— все от Меня это было.

Аминь.

АСТАФЬЕВ НА ОСВЯЩЕНИИ ХРАМА

Будучи недавно на 50-летии Алтайской краевой писательской организации, я получил много разных изданий для знакомства. Поэт Валерий Тихонов с 1992 года издает книжную серию «Август». В только что вышедшем "Сборнике интервью" этой серии я нашел любопытные беседы поэта с людьми, знавшими Шукшина, Рубцова, с известными современниками-алтайцами и неалтайцами. Приведу, с разрешения Валерия Тихонова, фрагмент его интервью с Виктором Астафьевым и выступление Астафьева на освящении православной церкви святителя Иннокентия, епископа Иркутского, в родном селе писателя.

— Виктор Петрович, а какие мы, россияне, сегодня?

— Не знаю… Как я могу сказать за россиян? Это слишком храбро и самонадеянно. Тем более при таком разброде — сказать что-то определенное народу!.. Сказать — это или обидеть, или, как при Советах, восхвалить. Не знаю, не знаю… Россияне и сами-то не знают, какие они.