Не стоит изображать из меня или Александра Проханова защитников порнолитературы или воспевателей скабрезностей, выдергивая из целостных статей какие-то клочки фраз. Если уж говорить о нашем отношении к прозе того же Владимира Сорокина, то как не вспомнить, что не Сегень с Дорошенкой, и не Кокшенева с Шороховым, а собственной персоной Владимир Бондаренко еще в 1991 году в газете "День" первым написал статью "Фекальная проза Сорокина Вовы", указав на неестественную страсть этого литератора к описанию экскрементов. По сути, Сегень сегодня лишь повторил мои же более чем десятилетней давности слова, переделав фекальную прозу в экскрементальную. Не изменил я своего мнения о тех произведениях и до сих пор. Но меня удивляет, что уголовное дело против плохого писателя Сорокина завели в нашей послушной путинским властям Генеральной прокуратуре как бы вослед лимоновскому делу именно тогда, когда впервые в сорокинской прозе зазвучали социальные мотивы, обвинения в адрес рыжего вице-премьера, когда писатель впервые признал, что для него стало "на первом месте не форма, а содержание", и даже попробовал заговорить о Боге. Не собираюсь на этом основании оправдывать во всем писателя, тем более и ницшеанство в этом последнем романе лезет изо всех щелей.