"Я утверждаю, — пишет Блок, — что исход борьбы решен и что движение гуманной цивилизации сменилось новым движением, которое также родилось из духа музыки; теперь оно представляет из себя бурный поток, в котором несутся щепы цивилизации; однако в этом движении уже намечается новая роль личности, новая человеческая порода; цель движения — уже не этический, не политический, не гуманный человек, а человек-артист; он, и только он, будет способен жадно жить и действовать в открывшейся эпохе вихрей и бурь, в которую неудержимо устремилось человечество".

Что ж, как видим, вывод Блока "беззаконен", тогда как вывод Мандельштама настолько "политкорректен", что может показаться написанным уже в наши дни. Странно, однако, то, что Мандельштам, во-первых, почему-то выводит ценности гуманизма из наследия Западной Европы, где история представляет собой череду кровавых войн, смут, массовых убийств и т.д.; а во-вторых, странно то, что установление гуманизма в России Мандельштам почему-то связывает с марксистской революцией и утверждением коммунистического строя.

Мандельштам ссылается на Вавилон и Ассирию, чтобы показать, что это были тиранические и унижающие достоинство человека государства; грядущее же государство иудеев будет якобы добрым и человеколюбивым: "Если подлинно гуманистическое оправдание не ляжет в основу грядущей социальной архитектуры, она раздавит человека, как Ассирия или Вавилон".

Логика, что и говорить, железная; круг замкнулся; нас напугали так, что мы должны обреченно понять: никакого иного выхода кроме принятия "гуманистических" (то есть иудейских) ценностей у нас нет.

И все-таки мы понимаем другое, мы понимаем, что лозунг борьбы за "права человека" — это обман, это наживка, под аппетитностью которой скрывается сталь крючка. "Сегодня ты хочешь порядка и сильного государства, — внушают нам "конспираторы и бунтари", — но завтра это сильное государство задавит тебя же самого".