Посмотрите, какой новой шерстью обрастает линялый кремлевский медведь. Вот он, сидя среди малахитов, называет себя “Борисом I”. Вот в Нижнем Новгороде среди ярмарочных редисок и корнеплодов намекает на пожизненное царствование с институтом престолонаследия. Вот, подобно буйному самодуру, сдергивающему со стола скатерть с кушаниями, грубит и оскорбляет Лукашенко. Вот, наконец, читая грамотку, нацарапанную верным Чубайсом, рычит на Думу, пугает ее оскалом и танками 93-го года, сулит ей скорый конец.

Весь этот дурной неприличный театр должен подкрепить содержание его недавней речи в Совете Федерации — об усилении роли государства. О начале самодержавного правления, кладущего предел либеральному свинству, дури чиновников, ереси губернаторов, воровству банкиров, предательству телевидения. “Вот он я, Царь Борис!”

И мы, патриоты России, исконные государственники, “кладущие животы свои” за Великое Государство Российское — будь то Багратион на Бородинском сражении, Матросов на амбразуре дота, Макашов в горящем Парламенте, — мы должны бы закрыть глаза на все неприличия и возрадоваться: “Наконец-то восстает из праха сильное русское государство!”

Пять лет он долбил ломом доставшуюся ему в наследство империю. Раскалывал на куски территорию. Кидал собакам крупнейшие в мире месторождения нефти, урана и золота. Заколотил все окна, которые Петр I прорубил из России в Европу. Истер до крупы все институты власти: армию, разведку, централизованное управление, символы Победы, самих государственников, изгнав их из министерств, университетов, штабов.