Воистину, Борис Николаевич Рельсен! Вывести весь народ и уложить на шпалы от Тихого океана до Черного моря - это вам не на барабане играть! Конечно, и Чеченская война - это подвиг. Послать зеленых юнцов под гранатометы Дудаева, а потом бомбить фугасами русский город - за это и Пол Пот похвалит. Или, скажем, в центре Москвы раздолбать из танков белоснежный парламент, набить московские морги русскими трупами - это поступок, достойный Кальтенбрунера. А Беловежье - какой уж там Брестский мир! Аттила, разрушающий Рим, Герострат, сжигающий храм Артемиды, - все это жалкие предтечи уральского чудища, которое начало репетировать еще с разрушения дома Ипатьевых. Но чтобы за каждым гражданином закрепить свою отдельную шпалу и добиться, не выплачивая ему по полгода зарплату, чтобы этот гражданин отыскал свою шпалу, уложенную где-то между Ростовом и Владивостоком, - это уже нечеловеческое! Это ноосфера!

Русская революция 98-го года пахнет креозотом, ржавой колеей, мочегонными речами Немцова и угрюмым молчанием кремлевской деревяшки, выточенной из комля КПСС, отшлифованной шкурками ЦРУ, размалеванной аспидами демократии и изъеденной до трухи пороками и преступлениями, за которые горят в самом центре ада.

Впервые народ вышел из своих опозоренных и оскверненных жилищ и показал Кремлю черные кулаки, нечищенные ногти, набухшие жилы и гаечные ключи, которыми можно развинтить болты на всех двутаврах, мостах и атомных станциях, а также, подобрав ключ “девять на двенадцать”, аккуратненько свинтить умную маковку Кириенко. И Кремль молчит. Маршал Сергеев считает свои несуществующие полки. “Пожарник” Степашин спит в шлеме ОМОНа. И только трещит, как цикада, Ястржембский.

Это восстание без вождей, без профсоюзов, без партий. Это восстание обворованных, потерявших терпение русских против воров и разбойников, вскормленных Ельциным. Это восстание рабочего люда против индустрии, которую социализм построил для народа, а ельцинизм превратил в орудие смерти.