Только когда ты ушел, стало ясно, как много занимал ты места в наших сердцах, как много сделал, создал, успел. И насколько невосполним твой уход, как глубока пустота, разверзшаяся вдруг на том месте, где был ты.

Трагически погиб генерал Лев Рохлин. Известие это осиротило тысячи людей. Сиротами стали взрослые, крепкие мужики - его солдаты, с которыми он шел в бой и которых уберег от смерти в Афгане. Сам он вернулся оттуда с двумя ранениями и сединой на висках. Но его шрамы, его седина - это спасенные жизни солдат, это выполненные боевые сложнейшие задачи.

…Не гаснут в храмах свечи за помин души генерала Рохлина. Тысячи свечей. И над трепетным их пламенем - моления и неизбывная скорбь молодых мальчишек - солдат чеченской войны, их матерей и отцов, которым он смог вернуть живыми сыновей из грозненского ада. Он сделал то, что было не под силу никому - выстоял, выжил в жуткой мясорубке, куда его и его солдат бросили убогий президент и его свора. Он спас честь России, ее лицо, вырвав победу у беснующихся, уверенных в своей силе, подкупивших все и всех боевиков. Они подкупили министров, генералов, резидентов, редакторов и телеведущих. Они купили победу! Но ничего не смогли сделать с русским генералом, выстоявшим под огнем, выдержавшим их бешеный натиск. Сломавшим и размазавшим их по грозненской грязи. Вычистившим свои армейские "берцы" дудаевским президентским штандартом. "Батей" называли его солдаты. Он и был их батей, хранителем. Не счесть тех, кто называет его своим спасителем, своим ангелом-хранителем.