Миротворец Черномырдин по телефону обратится к иорданцу: “Товарищ Хаттаб, отпустите заложников, и мы договоримся о мире”. Русские войска отступят, а женщина-репортер с НТВ, вся в черном, будет надрывно показывать разрушенные русской авиацией села, детские трупики, брать интервью у мужественных, утомленных в боях ваххабитов. Матерей из Сибири и Вологды пошлют на фронты Дагестана, покажут им морги, безглавые трупы, и они начнут выцарапывать глаза командирам. Никто в Москве, включая унылого Строева, не введет в районе боев чрезвычайное положение, и армия, без юридического статуса, под градом пацифистских СМИ, превратится в разложившуюся толпу. Мусуль- манские лидеры из политического медресе “Вся Россия” станут говорить о геноциде мусульман на Кавказе, а представитель Америки Рубин заявит об этнических чистках и гуманитарной катастрофе. НАТО пошлет на Кавказ “невидимки”, а пронатовские фракции в Думе, ссылаясь на валютные займы, позволят миротворцам из Берлина и Лондона разместиться в Махачкале.

И в громадной, оскверненной “демократами“ России не найдется государственного мужа, способного в интересах Родины провести элементарные, обеспечивающие целостность государства действия. Интернировать в русских губерниях и столицах нело- яльных чеченцев, в чьих офисах, банках и казино скрываются ядерные террористы. Запретить появление на фронтах тележурналистов НТВ и ОРТ, установить жест- кий информационный порядок. Ввести в районе схваток чрезвычайное положение, развязав войскам руки. Обратиться к народу за поддержкой, выражая братские чувства всем народам Кавказа. Восславить сражающуюся армию, несущую потери милицию, доблестную разведку.

И тогда от ваххабитов, которых так любит Степашин, от чеченских бандитов, закадычных друзей олигархов и московских правителей, останутся косматые вонючие шапки, чуть-чуть продырявленные русскими снайперами.