Депутат из Омска Бабурин не знал секретов столичной политической кухни и не мог видеть в играх "Дем.России" ни намерений сокрушить СССР, ни планов распродажи огромной собственности советской империи. Но он обладал инстинктом русского государственника-патриота и не ринулся в распахнутые объятия демократов. Его роман с ними завершился на стадии знакомства.

Весной 90-го Бабурин был лишь одним из тысячи с лишним народных депутатов РСФСР. Летом 91-го он стал главным претендентом на второй по значению пост в республике — пост председателя Верховного Совета, который только что оставил избранный президентом Ельцин. Сам Ельцин, все вожди демократов в председателях ВС хотели видеть Руслана Хасбулатова. Но Бабурин опередил его в двух турах голосования, хотя и не набрал квалифицированного большинства. Его, пусть и относительный, но успех был предопределен не политической одежкой, а достоинствами личности. Голосуя за Бабурина, съезд депутатов голосовал за молодого энергичного человека, который выделялся своим характером, умом, интуицией и был настроен на разумное обновление страны.

После августовских событий 91-го волна демократического угара накрыла депутатский съезд и Хасбулатов взял вверх. Бабурин остался рядовым членом Верховного Совета, но из центра политической жизни не исчез. Его фамилия звучала в эфире и мелькала на газетных полосах не только благодаря прямой трансляции со съездов народных депутатов. Бабурин сорвал переговоры о передаче Японии Южных Курил и помогал замирению осетино-ингушской войны, он сделал все, что мог, для прекращения агрессии Молдовы против Приднестровья. Без его участия не обходилась ни одна массовая акция протеста против политики Ельцина.