В нашем отношении к новой реальности, к новому президенту, к новой политической ситуации я бы относился, с одной стороны, с открытым сердцем, с другой бы стороны — постоянно резервировал возможность оставаться самим собой, в своей среде, со своими братьями и верить, и молиться на наши иконы. У нас очень мало икон. Две, по существу. У нас есть икона пылающего Дома Советов и икона Приднестровья, которая единственная уцелела в этих страшных переворотах. Сейчас эту вторую икону хотят опять затоптать. Поэтому, повторяю, двигаясь в ширину, надо сохранять концентрированные сверкающие алмазные крупицы.
Северо-Западный окружной медицинский центр Росздрава в Санкт-Петербурге - www.gosmed.ru.
Александр Бородай БЕДОЛАГА АБРАМЫЧ
ПОСЛЕДНИЕ ДЕСЯТЬ ЛЕТ бурной российской истории ознаменовались множеством потрясений и катаклизмов. Канула в Лету огромная сверхдержава, радикально изменилась жизнь многих народов, отгремели десятки мелких и крупных региональных войн, погибли сотни блистательных политических и чиновничьих карьер, были нажиты и разбазарены десятки астрономических состояний, тихонько растворился в собственном желудочном соке казавшийся почти неколебимым в своей порочности ельцинский режим. С чудовищной скоростью меняется то, что многие называют "стилем жизни" — мода на одежду, нравственные и даже религиозные ценности…
Но среди бешеного потока нашего зыбкого существования есть одна монолитная скала, которая, похоже, способна выдержать не только смену власти, дефолт или наезд налоговиков, но прямое попадание тунгусского метеорита. Это бедный, буквально затюканный могущественными врагами, искренне, но без всякой взаимности, любящий Россию Борис Абрамович Березовский.