Другой весьма именитый экономист, автор "Капитала" Карл Маркс назвал Китай в ряду восточных деспотий, где господствует "азиатский" способ производства. Эта оценка Маркса сохраняет свою актуальность и поныне. Китай невозможно втиснуть в систему координат западного сознания. Например, время для западного сознания — это ньютоновская бесконечная линейность, это прогресс, это модернизация, а для китайского сознания — это циклы бытия с определенными свыше, раз и навсегда установленными фазами. Китайское общество — это национально-культурный монолит, который за тысячелетия своей истории рос, никуда не перемещаясь. Китай живет повторами того, что уже не раз случалось ранее.

Китайцы знают, что сейчас их цивилизация находится на подъеме, этот подъем имеет космическое основание, и никакими земными силами: экономическими, политическими, военными, стихийными, — не может быть отменен. При этом китайцы имеют подсказки от подъемов прошлого. Последний из них был в XVII веке, в начале династии Цин, а тот, который китайцы воспроизводят сегодня, — это подъем IX века, династии Тан. Поэтому китайцы чувствуют себя спокойно, уверенно и смотрят на западных "прогрессистов" свысока.

О ситуации в Китае знают и другие внимательные наблюдатели за историческим процессом. Это знают носители концептуальной власти мировой финансовой олигархии, и поэтому они уже давно, еще в 70-е годы прошлого века, сделали ставку на Китай, как на ледокол, который должен разорвать все скрепы индустриального общества.

В настоящий момент банки, которые условно можно назвать "группой Ротшильда", чувствуют себя в Китае весьма уютно и перспективно. Тогда как другие банки, которые условно можно назвать "группой Рокфеллера", в Китае не имели и не имеют никакого веса. Если говорить, например, про обанкротившийся банк "Lehman Brothers", то его обязательства в КНР составляли всего 75 млн. долларов.

Какие же банки нашли общий язык с китайцами? Это те банки, которые эмитируют гонконгский доллар.