Архитектура этого ада напоминает спиралевидную вавилонскую башню, опрокинутую в центр планеты. В самом центре, в золотом храме, слабый аналог которого выстроил Тельман Исмаилов на берегу Анталии, обитает огромный слизистый моллюск, губчатый, со множеством складок, пульсирующий, со свистом и хлюпаньем изрыгающий фиолетовую жижу. Он живет за счёт страданий русских людей, потребляя энергию их невыносимых мук, нечеловеческой тоски, предсмертных конвульсий. Чтобы моллюск существовал, ему нужны мучения миллиона русских, которых умерщвляют ежегодно агенты подземного царства, заседающие в надземных министерствах, думских кабинетах, телевизионных студиях. Черкизовский рынок - это "русский ад", вход в который замаскирован лотками с китайским ширпотребом, вонючими шашлычными, мафиозными чиновниками, обирающими вьетнамских торговцев.

Почему этот кромешный ад свил гнездовье в центре России, под светоносными семью холмами, под святыми соборами, чудотворными иконами? Почему Россия, обращавшая очи к небу, мечтавшая о райском блаженстве, укорявшая мир в неправедности, сама стала прибежищем адских сил? Почему святая Русь, дом Пресвятой Богородицы, стала чертогом Дьявородицы? В чем "тайна беззакония", скрытая в подземных ущельях рынка?

В последние времена все силы ада ополчатся на оплот святости. Именно в церквях и кельях старцев происходят страшные схватки, где "скорость света" сталкивается со "скоростью тьмы". Оттого святая икона России заплёвывается черной ядовитой слюной подземного моллюска. Второе Пришествие случится не в малахитовых кремлевских кабинетах, не в роскошных рублёвских дворцах, не в беломраморных соборах. Оно случится на Черкизовском рынке, куда в буре огня и света, на лучистом облаке спустится Христос и раскалённым скребком вырежет из московского чрева чёрную слизь. И на этом месте откроется сернистый кратер. Благоразумная мамаша, гуляя с озорным сыном по Измайловскому парку, будет грозить пальцем: "Ванечка, слушай мамочку. А не то из ямы выскочит лысый мэр и ухватит тебя за бочок".