Так, лидер основной оппозиционной левоцентристской партии Дениз Байкал (Народно-Республиканская Партия) поддержал Эрдогана во время войны в Газе и активно использовал религиозный фактор (кандидаты - женщины, носящие хиджаб) в своей кампании в курдских районах Турции. Таким образом, произошло переформатирование оппозиции, которая фактически становится элементом новой системы. Более того, электоральный успех конкурентов ПСР позволит партии сохранить эффективность и избежать застоя и коррупции, потенциально возможных в условиях монополии власти, особенно учитывая прошлый опыт Турции.

Армия также демонстрирует понимание своей новой роли: поддержание внешней, а не внутренней стабильности. Дело в том, что с правительством ПСР связаны наиболее активные действия турецких военных вне границ страны. Турецкий военный контингент присутствует в Афганистане и Ливане, а также проводит антитеррористические операции в Ираке. В этом плане показателен процесс против подпольной сети противников правительства, по которому были арестованы несколько отставных генералов. Спокойная реакция руководства вооруженных сил является показателем их примирения с новой моделью.

Да и нынешний лидер США фактически подтвердил новую роль Анкары, посетив Турцию без какой-либо привязки к Греции. Вашингтон заинтересован в недопущении неконтролируемого взрыва на Большом Ближнем Востоке, а следовательно - в авторитете и переговорном потенциале правительства Реджепа Эрдогана. Турция является стратегическим партнером США, имея не только военный контингент в Афганистане, но и обеспечивая переговорный процесс. Кроме того, Турция является единственной страной на Большом Ближнем Востоке, способной сегодня уравновесить растущее влияние Тегерана. Таким образом, выбор Турции в качестве страны, в которую президент Обама совершил свой первый государственный визит, не является случайностью.