Лени Рифеншталь в своей таинственной киноленте "Триумф воли" сумела изобразить невыразимое, выявить незримое. Метафизику Третьего Рейха. Ту мистическую субстанцию, которая в бархатной нюрнбергской ночи заставляла вращаться белую галактику свастики. Превращала тысячные толпы в единый мускул, в сгусток космической силы. Направляла стальные легионы на все континенты, повергая к ногам чародея и мага Адольфа Гитлера мировые столицы. Гитлер был раздавлен гусеницами советских танков, которые станцевали Камаринскую на его обугленных костях. Иосиф Сталин в кремлёвском кабинете рассматривал сквозь лупу запломбированные зубы фюрера. С тех пор имя Гитлера предано анафеме. Холокост поставил крест на СС и гестапо. Памятник Воину-освободителю разрубил мечом свастику. Фондовые рынки и супермаркеты истребили память об "Ананербе". Но через пятьдесят лет после Великой Победы дух Гитлера восстал из пепла, и Советский Союз был уничтожен по плану "Барбаросса", исполненному до последнего пункта, - без танков Манштейна и концлагерей Гиммлера, пропаганды Геббельса и разведки Канариса. Союз был расчленён на пятнадцать гнилых частей. Коммунизм уничтожен. Армия и промышленность перестали существовать. Культура подавлена. Русские вымирают по миллиону в год, словно от Смоленска до Владивостока день и ночь пылают крематории. Гитлер, как бестелесный дух, вознёсся над миром, владеет умами и сердцами людей. Советский кинематограф не родил своей Рифеншталь. Но если бы сегодня нашелся русский режиссёр, способный разглядеть в социальном мистическое, он, на основе документальных архивных лент, создал бы сталинский "Триумф воли". Белоснежные, с ослепительными улыбками, физкультурники, над которыми так любят глумиться либеральные эстеты. Те же лица - не на парадах, а на великих стахановских вахтах: в угольных штольнях, на строительстве мостов и заводов, в аудиториях институтов, на льдинах полярных станций.