Смертелен приговор, ужасна плата.

     На трон в Кремле предатели воссели.

     Вселились в Грановитую палату

     И там своё справляют новоселье.

     Они мою страну колесовали.

     Ужасной казни жуткое виденье.

     Кровавые обрубки разбросали

     Воронам и собакам на съеденье.

     Попрятались в чуланы командиры.

     Былых вождей испуганные лица.

     Потухших глаз бессмысленные дыры.

     Я пистолет искал, чтоб застрелиться.

     Но перед тем, как с пулей целоваться, —

     Что может быть заманчивей и проще? —

     Я вышел в ночь, чтоб молча попрощаться

     С моей святыней. Я пошёл на Площадь.

     Она была прекрасной и священной.

     Всё тех же звезд волшебные рубины.

     Всё те же башни и седые стены.

     Над ней небес бездонные глубины.

     Брусчатка — богатырская кольчуга.

     Сияет под ногой метеорит.

     Собор Блаженного, как сказочное чудо,

     Ночными самоцветами горит.

     И я стоял на площади безлюдной.

     Сияли на груди моей награды.

     Передо мной таинственно и чудно

     Текли в ночи военные парады.

     Тот, незабвенный, в мокром снегопаде,

     Когда полки прошли во мгле метельной.