Причем это сегодня истолковывается не только в торгашеских терминах "взаимовыгодного сотрудничества", но и в геополитических категориях. Вьетнам вновь провозглашается ключевым партнером России в Юго-Восточной Азии, а буквально месяц назад Главкомат ВМФ России "обосновал и просчитал" необходимость восстановления российской базы в Камрани в течение трех ближайших лет. Сложно представить, чтобы столь громкие публичные заявления высокопоставленных военных делались без еще более высокой санкции. А возвращение росийского флота на главную трассу мировой торговли — это штука посильнее "Фауста" Гёте.


     Могущество, морские просторы, вымпелы на рейдах — возможно, все это будет дальше, нескоро, потом. В ближайшее время, однако, нас ждёт суровая проза — визит президента Медведева в Японию. Вот там ему уже невозможно будет удержаться от произнесения ясных рублёных фраз о статусе Курильских островов. Молчание Медвеведа было блестящим — посмотрим, какой теперь окажется его речь.




ВОПРОС В ЛОБ СЕРГЕЮ ГЛАЗЬЕВУ

"ЗАВТРА". Уважаемый Сергей Юрьевич, Таможенный союз России, Казахстана и Белоруссии, одним из идеологов и организаторов которого вы являетесь, на глазах становится реальностью. В чем смысл и значение этого международного объединения, какое влияние он может оказать на заявленный процесс ускоренного принятия России в ВТО?


     Сергей ГЛАЗЬЕВ, академик РАН, заместитель генерального секретаря ЕврАзЭС. Глобальный экономический кризис подстегнул создание крупных региональных блоков. И, конечно, он способствовал ускорению интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Если брать статистические данные, мы увидим, что страны с более ёмким внутренним рынком и более закрытой, диверсифицированной экономикой продемонстрировали намного большую антикризисную устойчивость, чем страны с небольшой по объему, открытой, узкоспециализированной и ориентированной на внешнюю торговлю экономикой.



9 из 98