Он развернул обертку, открыл книгу при помощи лезвия своего тонкого ножа и извлек детали пистолета. Он снова собрал их. Прикрутил глушитель и вставил патроны в магазин. Они были все здесь — его особенные пули, наполовину со взрывчатым веществом, чтобы срезать шум до тихого щелчка. Даже половина обычной силы превосходила необходимую, девятимиллиметровая пуля проходит сквозь голову человека с расстояния десяти футов, а Кальви никогда не делал работу далее, чем с десяти футов.

Он запер пистолет на дне шкафа, положил ключ в карман и закурил сигарету на балконе, поглядывая на бычий ринг и думая о предстоящем дне. В девять он спустился в своем темно-сером костюме (от одного из эксклюзивных парижских портных), который идеально подходил к степенной атмосфере старого и дорогого отеля. Он пообедал в Терасса дель Риальто и лег спать в полночь. От клерка отеля он узнал, что есть самолет на Мадрид в восемь утра. Он собирался проснуться в шесть.

На следующее утро он выписался в семь и взял такси до аэропорта. Стоя у ворот, он осмотрел дюжину прибывших машин, отмечая марку, номер машины и внешность водителей. Семью машинами без пассажиров управляли водители, одетые в деловые костюмы. Со своего наблюдательного пункта, терассы здания аэропорта, он увидел, как пассажиры потоком ринулись к самолету на Мадрид и среди них были четверо водителей автомобилей. Он взглянул на заметку на обратной стороне конверта, который держал в руке и обнаружил, что у него есть выбор между Симкой, Мерседесом, Ягуаром и маленьким испанским Сетом, местной версией Фиата-600.

После взлета самолета, он зашел в туалет и сменил свой костюм на кремовые джинсы и бледно-голубую ветронепроницаемую куртку на молнии. Пистолет он замотал в полотенце и уложил в мягкую дорожную сумку, которую вынул из своего чемодана. Чемодан он зарегистрировал в багажном отделении, подтвердил заказ на вечерний рейс в Париж и вернулся назад к автопарку.