Он предложил ей оставить своего мужа, развестись с ним и тогда они поженятся. Ему, несомненно, это было очень важно и поэтому она отнеслась к предложению серьёзно, покачала головой:

— Я не могу сделать это, — сказала она.

— Я люблю тебя. Это не мимолетное влечение, а действительно любовь. Я сделаю все для тебя.

Она смотрела сквозь стеклянный навес в темноту улицы.

— Да, я верю тебе, Марк. Мы не должны были заходить так далеко. Я должна была это понять раньше и прекратить встречи.

— Ты меня любишь? Хоть немного.

— Для меня еще слишком рано. Я не могу так сразу.

— Но смогла бы полюбить меня? Сейчас или когда-нибудь?

И снова, руководствуясь женским чутьем, восприняла вопрос с полной серьезностью.

— Я думаю, могу. Или смогла бы. Ты не похож на того человека, которого ты и твоя репутация пытаются навязать. Под твоим цинизмом скрывается ранимость и это прекрасно.

— Тогда оставь его и выйди за меня.

— Я не могу сделать это. Я замужем за Арчи и не могу его оставить.

Сандерсон почувствовал прилив гнева к незнакомому мужчине в Испании, который стоял на его пути.

— Что у него есть такого, что я не смогу тебе дать?

Она чуть грустно улыбнулась.

— О, ничего. Он довольно слабый и не слишком эффектный.

— Тогда почему ты не оставишь его?

— Потому что он нуждается во мне. — сказала она.

— И я тоже.

Она покачала головой.

— Нет, не так. Ты хочешь меня, но ты сможешь жить и без меня. А он не сможет. У него не хватит сил.

— Я не только хочу тебя, Анжела. Я люблю тебя, больше чем кого-нибудь в жизни. Я обожаю тебя и желаю.

— Ты не понимаешь, — сказала она, немного помолчав. — Женщины любят, чтобы быть любимыми, обожают, чтобы быть обожаемыми. Они желают, чтобы быть желанными, но больше всего вместе взятого женщинам нужно быть нужной. И я нужна Арчи, как воздух, которым он дышит.