Сделали все: чтобы зарегистрировали, дали эфир. А призывы у кандидатов были одни: на площадь! Дошло до такого: "Российская пуля— в лоб Лукашенко!" Я всё терпел, чтобы меня нигде не упрекали, что я силой держу власть. Только с Запада и из России на выборах было 2 тысячи наблюдателей. Из России не одни друзья к нам приехали. Мы сняли ограничения на въезд всех, кому даже был закрыт въезд в Белоруссию. Все приезжайте: спецслужбы, кто угодно.
В день голосования избирательные участки закрылись в 20 часов. А люди приехали кто с дачи, кто откуда. И толпы людей в девятом часу пришли проголосовать. Мне звонят: "Александр Григорьевич, что делать? Тысячи людей пришли к участку, хотят проголосовать". Знаем, что это мои сторонники. Но я сказал: нет, не надо, если решено в 20 закрыть участки — закрыть. И мы фактически плюнули в душу своим сторонникам, не продлили голосование до 22 часов. 80% примерно проголосовали за действующего президента. Так надо уметь проигрывать!
Нет! Почему мы их, так называемых друзей, попридержали, задержанных повезли куда следует? Мы хотели уточнить: кто они такие, оттуда их деньги? Почему переменились? Один их них — Санников — был замминистра иностранных дел. Второго я от тюрьмы спас. Он возглавлял Союз писателей, украл деньги. Раньше возглавлял газету или журнал — там уворовал. И в Союзе писателей тоже. Приходят документы мне на стол. Я говорю: заберите, видеть не хочу! Видеть не хочу! Еще не хватало — посадить председателя Союза писателей. А он в это время испугался и убежал в Финляндию. Мы его и регистрировать не имели права: надо, чтобы кандидат 5 лет перед выборами жил в стране. Но и его зарегистрировали.