Третий фактор, который я усматриваю как объективно обусловленный и трендовый момент, заключается в том, что в реализации БРИКС заинтересован весь мир. Перспектива не только технологического, но и социального, и, если угодно, политического развития человечества связана именно со странами БРИКС.

Что обещают ученые всего мира в случае реализации проекта БРИКС? Они все говорят о том, что в этом случае Россия с нынешнего 11-го места по объему ВВП, 140-го по уровню образования населения и т.д. — переместится или вернется на 3-е—4-е место в мире по ВВП и войдет в мировую десятку по всем социальным показателям.

С этой точки зрения — почему бы и нет? Почему мы должны отказываться от такого мирового проекта? Только потому, что сейчас он не вышел за рамки "нулевого уровня"? Евросоюз для нас — не перспектива. НАТО для нас — не перспектива. Это реальность, которая исчезнет максимум через 10-15 лет. А БРИКС — очень мощная перспектива интеграции России в мировое сообщество и повышения статуса в нем.

Дмитрий МИТЯЕВ.

Условное объединение БРИКС, на мой взгляд, делится на четыре части.

К первой стоит отнести Индию и Бразилию, находящихся в ситуации "низкого старта": с гигантским уровнем социального неравенства, нищетой подавляющего большинства населения и неразвитой промышленной базой. Им предстоит подтягивать доходы и качество всего населения, чтобы выйти хотя бы на средний индустриальный уровень. Условно говоря, это уровень США конца 50-х-начала 60-х годов ХХ века и России конца 70-х—начала 80-х годов. В этом, кстати, принципиальное отличие индустриализации сталинской от индустриализации китайской.

В Китае потянули вверх небольшой кусок страны, связанный с "экспортной экономикой", а Сталин поднимал сразу всю страну целиком. И тот, и другой вариант, на мой взгляд, были абсолютно оправданны в конкретных социально-исторических условиях, но ставить между ними знак равенства, как это часто делают, совершенно бессмысленное занятие. Здесь налицо две принципиально различные модели индустриализации.