В мировой экономике упорно сохраняется странная, колеблющаяся неустойчивость. Как остроумно заметили в этой связи очень популярные сегодня на Западе Нуриэль Рубини и Иан Бреммер: "Экономики всего мира сидят на огромных запасах наличности, выжидая окончания нынешней эпохи политической и экономической неопределенности. Многим из них ждать придется долго".

Вероятность второй волны глобального экономического кризиса в настоящее время гораздо выше, чем перспективы гипотетического вдохновляющего роста. Многие совсем не глупые наблюдатели считают, что эта вторая волна наверняка будет сопровождаться острейшим социальным кризисом. Может быть, таким, которого мир еще не видел за последние шестьдесят лет. Не являются ли многомиллионные выступления в арабских странах предвестником глобального социального кризиса?

Сохраняется сильная волатильность мировых рынков энергоресурсов, которая в гораздо большей мере связана с очень серьезной геоэкономической и геополитической игрой, прежде всего, некоторых мощных внутренних актеров в США.

На глазах процессы глобализации начинают все более и более заметно пробуксовывать. Практически ни встречи "восьмерки", ни "двадцатки" в последние годы реального воздействия на мировые процессы не оказывают. Такое ощущение, что все чего-то со страхом ждут. Поэтому неудивительно, что усиливается инвестиционный протекционизм.

И, наоборот, кардинально усилились региональные тренды и региональные игроки. Причем в такой степени, что небезызвестный Джеффри Сакс вынужден даже декларировать: "Восточная Азия, Южная Азия, Латинская Америка и Ближний Восток обрели новое геополитическое и экономическое влияние. Все чаще в каждом регионе страны должны находить свой собственный путь экономического развития, энергетической и продовольственной безопасности и эффективной инфраструктуры, также им приходится делать это в мире, которому угрожают изменения климата и дефицит ресурсов. Таким образом, каждый регион должен будет обеспечить свое собственное будущее".