Примерно так, перефразируя знаменитый "Манифест коммунистической партии" Карла Маркса и Фридриха Энгельса, можно описать нынешнюю ситуацию с европейскими финансами.
"У Евросоюза есть общая валюта, но долги у каждой страны свои, и это ненормально!" — говорит Джордж Сорос, считая единственным выходом из долгового кризиса солидарную ответственность ЕС через введение "евробондов". По пути, предложенному Соросом, фактически уже пошёл Европейский центральный банк (ЕЦБ), активно скупающий долговые обязательства "проблемных" стран Евросоюза, прежде всего Италии и Испании.
Но для Германии и Франции, основных "локомотивов" европейской интеграции, такой сценарий, предоставляющий им только "право" расплачиваться по чужим долгам — пусть даже с правом выбора приоритетов, малопривлекателен. Именно поэтому на недавней встрече канцлера ФРГ Ангелы Меркель с президентом Франции Николя Саркози эти политики выступили с альтернативным предложением: создания единого экономического правительства всей "еврозоны", что подразумевает выход интеграции Евросоюза на качественно иной уровень. Ведь в результате создания этого правительства "сильные" страны ЕС, а именно всё те же Германия и Франция (Великобритания с её фунтом стерлингов стоит в стороне), получат возможность контролировать практически все экономические процессы на территории других стран "еврозоны": от балтийских "карликов" до Испании с Италией.
Разумеется, инициатива Меркель—Саркози может быть реализована только в том случае, если у лидеров остальных стран ЕС не останется другого выхода, как перейти под немецко-французский финансово-экономический протекторат. Но до этого еще очень и очень далеко.
Между тем, попытки представить падение европейских фондовых индексов как "чересчур бурную коррекцию чрезмерно завышенных курсов акций, но вовсе не предвестник рецессии в еврозоне", разбиваются о данные статистики, которая зафиксировала в Германии за II квартал текущего года рост ВВП всего на 0,1%. Кроме того, интегральный немецкий фондовый индекс DAX за последние полтора месяца обвалился на 27%, французский SAS — почти на 29%. Если это "чересчур бурная коррекция", то что такое кризис?