Представители армии парировали эти упрёки, говоря, что оружейники, быть может, и в самом деле создают новейшие совершенные образцы стрелкового оружия, однако сегодняшний солдат употребляет это оружие в сложной комбинации с другими системами личной амуниции. Автомат — лишь один из элементов снаряжения современного воина. Он должен входить в гармонию с тепловизорами, которые устанавливаются на каске бойца, с самим стальным шлемом и бронежилетом, которые требуют для своего исполнения новых материалов — лёгких и пуленепробиваемых. А также со средствами связи и энергоснабжения, множеством информационных систем. Всё это делает воина элементом огромного электронного организма, соединяет его с командиром отделения, с командиром части, связывает его с космосом, с дальней и ближней разведкой, что превращает поле боя в огромный незримый компьютер.

Руководители боевых подразделений, действующих в горах Кавказа, слушали эти рассуждения с нескрываемым скептицизмом. Этот электронный солдат будущего, может быть, и является идеалом для армейских футурологов, но сегодня в те минуты, когда ведётся совещание, в горах Кавказа идут непрерывные схватки. И в этих схватках бойцам спецназа требуются абсолютно новые образцы снайперских винтовок, пистолетов, ножей, и этих новых видов вооружений явно не хватает. Боец, получая совершенное оружие, вынужден сам, из обрезков кожи и ткани, шить под него кобуру, ходить по магазинам и на свои деньги покупать недостающую амуницию.

Представители заводов резко упрекали Министерство обороны за то, что там собираются выполнять оборонзаказ за счёт закупки иностранных образцов вооружений, ссылаясь на недавнее приобретение партии австрийских снайперских винтовок, вытесняющих из спецподразделений знаменитую снайперскую винтовку СВД.

Армейцы отвечали, что партия, которую закупило министерство у австрийцев, весьма невелика и может рассматриваться как закупка образцов для исследования и изучения, что позволит обнаружить в натовском вооружении новшества, заложенные в них секреты и ноу-хау.