— Мы почти три месяца не виделись…— заметил Муравьев.

— Верно, — кивнула Ирина. — Но ты, наверно, понимаешь, что я в ваш город приехала не только для того, чтоб повидаться с тобой. Вообще-то, здесь, на этой территории, нам надо общаться поменьше, понял? Сейчас довезешь мне сумку и быстренько пойдешь обратно на пятый этаж. Постарайся в максимальной степени выяснить все, что там стряслось. Уловил?

— Так точно, — вздохнул охранник. — Значит, ты вся в делах нынче… И моя скромная персона уже не нужна. «Все прошло, как с яблонь белый дым…»

— Нет, ты не понял, Ванечка! — более теплым голосом произнесла Ирина. — Я все помню, я ничего не забыла. Все осталось и никуда не ушло. Но дела есть дела.

Лифт доехал до шестого этажа, и Ирина сказала:

— Знаешь что? Не провожай меня до номера. А то я сама не удержусь, понимаешь? Езжай на пятый и потопчись около ментов, если не прогонят. А они не прогонят, потому что захотят задать кое-какие вопросы, это точно. Ты до каких сегодня здесь?

— В пять часов сменяюсь…

— Задержаться можешь? — Ирина совсем уж игриво глянула ему в глаза.

— Наверно…— Иван счастливо улыбнулся.

— Тогда буду ждать тебя после пяти. Надо думать, в 611-м трупа не будет…

ПОХИЩЕНИЕ

В это самое время на другом конце города, на улице Тружеников, в небольшом полупустом кафе, носившем не шибко уместное для среднерусской равнины название «Килиманджаро», сидела парочка. Немного странная, если приглядеться, но не очень бросающаяся в глаза.

Одеты оба были вполне прилично, но никакой вызывающей роскоши в их облике не наблюдалось. Он-в джинсах и кожаной осенней курточке черного цвета, в кроссовках с массивными протекторами, она — в коричневой кожаной жакетке, черной юбке до колен и черных туфлях на средних каблуках.