Администраторша, конечно, ничему особо не удивилась. Тут всякие бывали. Особенно в постперестроечные времена, когда жизнь бурлила и кипела всякими закидонами. То в области, которая отродясь не относилась к местам традиционного проживания казачества, потомки станичников решили провести свой съезд, и тут, по этому холлу, звеня шпорами, расхаживали бравые молодцы в папахах, черкесках, с шашками на бедрах, кинжалами на пузах и нагайками за голенищами сапог. То «голубые» и трансвеститы решили образовать какую-то организацию для защиты своих прав, и администраторша не знала, в каком роде к кому из них надо обращаться, поскольку изящно одетая и изысканно намазанная девушка по паспорту числилась, допустим, Петром Ивановичем, а нечто усатое и мужеподобно-хрипатое Марьей Петровной. И панки приезжали с «ирокезами» на головах, и кришнаиты с барабанами, и хасиды в котелках и с пейсами, и «авторитеты» с «голдами» на бычьих шеях. «Все промелькнули перед нами, все побывали тут…» Конечно, облцентр не Москва, некоторые новомодные течения так и не успели сюда добраться, но все-таки кое-какие элементы постсоветского идиотизма сия провинция поглядела.

Дама с сумкой на буксире уверенно подошла к окошку стеклянной будочки, предъявила паспорт на имя Колосовой Ирины Михайловны, прописанной в городе Москве, затребовала отдельный номер на неделю и стала заполнять листок для приезжающих. Кроме того, она оплатила парковку машины «ВАЗ-2199» на платной охраняемой стоянке при гостинице.

Пока госпожа Колосова занималась всеми этими формальностями, администраторша продолжала ее разглядывать, пытаясь определить, какие такие дела привели эту московскую красавицу в здешнюю Тмутаракань. Командировочного удостоверения у нее не имелось, в графе «Место работы» Ирина Михайловна написала «домохозяйка». Цель приезда в листке для приезжающих не обозначалась.