Вскоре появился доктор Розин.

В руках он держал несколько свернутых газет. Его лицо выражало некоторую озабоченность, над переносицей между кустистых рыжих бровей образовалась глубокая вертикальная складка. Устроившись рядом, он молча развернул одну из газет, и, надев очки, глянул на меня из-под узкой черной оправы. Мне показалось, он ждет какого-то сигнала с моей стороны. Готов ли я слушать?

– Здесь написано о катастрофе?

– Именно. Запомнили наш утренний разговор?

– Я только о нем и думал.

– Напрасно. Голова должна отдыхать. Постарайтесь расслабиться и слушайте, как это делают дети, когда им читают сказки.

– Рад бы, но я ничего не знаю о детстве.

– Верно. Временно вы лишены детства. Вы родились в возрасте тридцати четырех лет, вполне взрослым человеком. Но рано или поздно память вернется вместе с детством, ошибками, успехами и старыми проблемами. Не всегда прошлая жизнь радует, иногда от нее хочется отмахнуться, как от назойливой мухи.

– Читайте, доктор.

Он видел мое нетерпение и переключился на газету:

"Девятого июля сего года на объездной дороге, что временно открыта для пользования в связи с ремонтными работами на Старопромысловском шоссе, произошла серьезная дорожно-транспортная авария. Надо сразу оговориться, что дорога очень ненадежна, а предупреждающие знаки автоинспекцией не выставлены.

Она проходит вдоль глубокого, заброшенного много лет назад песчаного котлована и была вырублена для самосвалов, перевозивших глину и песок из глубин разработок. Впоследствии котлован заполнился водой, и на глубине свыше двухсот метров образовалось озеро, куда сбрасывали отходы производства все близлежащие предприятия. Местные жители называют старый вонючий котлован не иначе, как гиблым местом или могильником. И все это находится в каких-то восьмидесяти километрах от столицы. Там уже случались аварии: прошлой осенью две машины просто соскользнули в пропасть по размытой дождями глинистой поверхности.