Но несмотря на это никто из них не смог затмить славы Багратиона-полководца. В том, что у Казанского собора в Петербурге рядом со статуями Кутузова и Барклая де Толли нет статуи князя Багратиона, — большая историческая несправедливость, которую уже, к сожалению, не поправишь — исторический облик ансамбля Невского проспекта и Казанской площади давно сложился и устоялся…

Взявшись за эту тему, я с удивлением обнаружил, что литература о Багратионе весьма скромна. Целые периоды его биографии освещены недостаточно, при этом много недомолвок, умолчаний. В этом смысле он разделил литературную судьбу своего товарища и соперника, генерала Барклая де Толли. Но последнему все-таки повезло: важным фактам биографии Барклая посвящена прекрасная книга А. Г. Тартаковского. В дореволюционной историографии о Багратионе не было ни одного серьезного монографического исследования, а в советское время, кроме двух брошюр, ему посвящена лишь небольшая книжка военного историка И. И. Ростунова, вышедшая более пятидесяти лет назад. Написанная в типичном для советских военных историков послесталинской эпохи стиле, она почти ничего не говорит о Багратионе как о человеке, да и о нем как о полководце там сказано вполне банально и малоинформативно. Гораздо интереснее книга В. К. Грибанова «Багратион в Петербурге» (1979), хотя и она полна распространенных в советское время штампов о войне 1812 года. Если Кутузову посвящено пять увесистых томов документальных материалов, то для отражения полководческой деятельности Багратиона «наскребли» в 1945 году тощенький сборник «Генерал Багратион», хотя даже опубликованных материалов о его полководческой деятельности — великое множество. Только в 1992 году вышла значительная по объему и содержанию публикация «Секретная переписка П. И. Багратиона», созданная сотрудниками Государственного исторического музея. Один из них, В.



2 из 928