Андрей Власов тоже считался личным другом и ближайшим советником Чан Кайши, жена которого души не чаяла в «умном и очаровательном» Андрее.

Впоследствии выяснилось, что одним из Советских агентов стратегического влияния являлась жена самого Чан Кайши, очарованная мужскими достоинствами Андрея Власова, ставшая его тайной любовницей и осведомительницей.

За свои успехи в качестве «Ромео» Власов получил от супруги Чан Кайши золотые часы ручной работы.

Все женщины-агенты Зорге не могли поставлять информацию, сравнимую со стратегическими сведениями получаемыми от жены Чан Кайши, с которой русский полковник Власов был в «очень близких» отношениях.

О серьезности работы полковника Власова свидетельствует его личный переводчик в Китае, который утверждал, что Власов (Волков) приказал ему при малейшей опасности попадания в руки японцев — пристрелить его. Это говороит о том, что Власов должен был «попасть в руки» именно к немцам. А в плен к японцам он не должен был попасть даже под угрозой гибели!

За заслуги перед правительством Китая Чан Кайши вручил Власову орден «Юн-Хю» (Золотой орден Дракона). Такой же орден получил и его подчиненный, советский летчик А.А. Губенко, который в воздушном бою в районе аэродрома Ханькоу впервые в истории советской авиации применил таран с благополучным исходом для атакующего.

В Китае Власов, как и Зорге в Японии, успешно и для пользы дела продолжал «пьянствовать» по ресторанам. Но однажды в декабре 1939 г., вдруг «протрезвевший» советник Чан Кайши не спеша собрал чемодан и отбыл в сторону Москвы.

Разведупр отозвал Власова из Китая. В декабре 1939 года обязанности главного резидента советской разведки в Китае были возложены на посла СССР Александра Семеновича Панюшкина. Кроме будущих карьеры и высоких Правительственных наград Власов получил еще один подарок — от судьбы. В страшные 1937-38 годы, когда происходила чистка командного состава Красной армии и многие его товарищи попали в тюрьмы, где были расстреляны, загранкомандировка спасла его от горькой участи товарищей по оружию.