Захар понял, что этот человек привык распоряжаться.

Сдвинув на глаза пилотку, Павлюк поспешно вышел.

Торба стоял по команде "Смирно", с видом непреклонного протеста, искоса посматривая на автомат. Вдруг его осенила догадка. С отчаянием взмахнув кулаком, он выпалил:

- Вы - новый командир! Зараз догадался, товарищ полковник!

- Ну что ж, лучше поздно, чем никогда! Я смотрю: сидит за столом, как казачий атаман, и грамоту сочиняет. Автомат бросил... Ну что ж, на первый раз, ради нашего знакомства, подарить пару внеочередных нарядов? Коней любишь?

- Какой же кавалерист, ежели он коня не любит! - хмуро ответил Захар.

- Вот и отлично! Придется на конюшне подневалить. Кто коней любит, это одно удовольствие! Доложишь своему командиру. Смотри, казак, не обижайся, что мало дал. Обидишься - влеплю на всю катушку. Возьми автомат, да помни, что из моих рук получил. - Доватор передал Торбе автомат.

Принимая оружие, Торба не заметил, как смахнул рукавом со стола свое недописанное письмо.

- Какого подразделения? - спросил Доватор и, нагнувшись, поднял письмо.

- Разведэскадрон, - ответил Захар.

- Так! - Доватор бегло взглянул на письмо и протянул Захару. - Письмо послать надо. Зачем бросаешь?

В голосе его уже не было прежней властности. Захар уловил в словах командира нотку сочувствия.

- Жене, что ли, писал?

Глаза Доватора зорко следили за выражением лица Торбы.

- Нет у меня жены!

- Сколько же тебе лет?

- Девятьсот одиннадцатого, - ответил Захар, стараясь не смотреть на полковника.

- Солидно. И все холостяк?

- Нет, один раз женился... - Захару неприятны были эти вопросы командира кавгруппы, но в то же время он невольно начинал проникаться к нему уважением. Полковник не кричал, не читал длинных уставных нотаций, сразу вошел, как настоящий хозяин. Заметив непорядок, откровенно рассердился и показал, что так нести караульную службу нельзя... И наказал...