В сумраке ранней осени темная река плескала тихими холодными волнами. На небе мерцали тусклые звезды.

- Ты что, бригадир, ведьму шукать пошел? - негромко проговорила Анютка.

Смущенный неожиданным появлением девушки, Захар молчал.

- Скажи что-нибудь!

- Вот найду ведьму, тогда скажу, - пробормотал Захар.

- Я ведьма... Холодно же мне - вот ведь какой невнимательный! - И с этими словами Анютка, распахнув широкие полы, юркнула под бурку Захара.

Захар коснулся дрожащей рукой упругой, затянутой в шелк талии девушки. На ней было зеленое с белыми разводами платье, очень нарядное...

Под утро, когда пропели вторые петухи, по узкому переулку, в густой темноте, шли Захар с Анюткой. Где-то на улице послышался девичий визг, прозвенел веселый смех и замер в приглушенном, воркующем шепоте.

- Ты меня любишь или нет? - прижимаясь к Захару, горячо шептала Анютка.

- Не знаю, - помолчав, отвечал Захар. В сердце его не было прежней ненависти к Анютке, но и любви не было тоже.

- А может, ты на мне женишься?

Захар ждал от Анютки слез, раскаяния, но их не было. Ему начинало казаться, что во всем, что случилось, скрывается преднамеренный расчет, заранее подготовленный, обдуманный, и в душе Захара рождалось чувство, похожее на возмущение. "Все женихов выбирала, а тут сама повисла, как петля на шее..."

- Ты, Захарушка, приходи завтра. У нас все уехали на свадьбу. Мы пойдем распишемся и никому-никому не будем пока говорить...

- А зачем это? - хмуро спросил Захар.

- Да ну, какой ты... Свадьба, гулянка, "горько" орут, и все пьяные, противно до тошноты! А у нас своя будет свадьба - тайная... - Анютка нежно гладила его сильную, твердую шею, жесткие, колючие волосы. Все ее существо было наполнено сейчас величайшим счастьем любви.