Повернув коня, лейтенант коротко сказал;

- Идите вперед. Здесь недалеко.

В штабе капитан Наумов выслушал доклад Поворотиева и сухо заметил, что лейтенанту не следовало брать на себя обязанностей по патрулированию девушек, а нужно было выполнять то, что предусмотрено наставлением по полевой службе штабов в разделе "Служба офицера связи".

Молодому лейтенанту ничего другого не оставалось, как сказать капитану: "Есть!" Про себя он назвал капитана "штабная душа" и дважды огрел плеткой своего ни в чем не повинного дончака.

Капитан Наумов приветливо предложил Оксане снять мешок и поставить палку в угол. После этого он провел ее к Доватору.

В комнату уже вползали вечерние сумерки, и лица Доватора Оксана не разглядела. Она видела только тускло блестевший глазок ордена, неясные очертания пряжек и ремней и решила, что перед ней важный начальник.

- Здравствуйте, - проговорила она тихо.

- Здравствуйте. - Доватор кивнул и придвинул ей стул. - Садитесь.

Оксана присела.

- Откуда идете?

- С-под Витебска.

- Какого района?

- Бешенковического.

- Деревня?! - вскрикнул Доватор.

- Село Хотино, - ответила Оксана, испуганная криком и порывистым движением, с каким Доватор подошел к ней.

- Хотино? Фамилия, фамилия как?

- Гончарова...

- Григория Гончарова знаешь?

- То мой батько... Откуда вы знаете?

- А меня узнаешь?

Оксана некоторое время пристально всматривалась в побледневшее лицо Доватора. Откинувшись на спинку стула, чуть слышно проговорила:

- Узнаю... Бачьте!.. Да вы ж Лявонтий Доватор! Мамо... - договорить ей не дали слезы. - ...Як начали стрелять, як начали!.. - рассказывала Оксана Доватору. - Мы в лесу сидели, а потом у болото перебрались. Старики мои дома остались, а нас немцы начали гонять. Идут по лесу - из аутоматов палят. Кругом трещит, на елках огонь вспыхивает... Ой, страшно было! Мы тогда у болото и убегли. Там ваша матка с батьком были...