Посредине шалаша - длинный стол, нехитрое, но капитальное сооружение саперов, за который свободно усаживаются двадцать - двадцать пять человек. Тут проводятся все командирские совещания. Свое жилье майор Осипов в шутку называет "салоном".

Сегодня в "салоне" тесновато и жарко. Пахнет пережженным бензином, конским потом, запах которого принесли с собой командиры в бурках, душистым табачком, и сильно и крепко пахнет духами.

Командный состав собран для разбора итогов поверки боевой готовности.

Почувствовав запах духов, Осипов спрашивает:

- Кто это нафиксатуарился? Духи "Камелия". По запаху чувствую...

- Известно кто: Хафиз и Полещук, - отвечает Чалдонов, командир пулеметного эскадрона.

- Ах, они ж из госпиталя! И Полещук здесь?

- Здесь, товарищ майор, - приподнимаясь, отвечает Полещук.

- Ничего, сиди... - Осипов достает из кармана какое-то письмо, смотрит на него и прячет обратно. Полещук догадывается, что это то самое письмо, которое он привез майору на днях из-под Москвы. Осипов знал Полещука до войны по кавалерийской школе, где он был начальником, а Полещук - курсантом. Там же учился и башкир Хафиз Биктяшев. Из кавшколы они вместе попали на фронт, в первых же боях были ранены, лежали в госпитале, в котором работает сестра майора Осипова.

Биктяшев и Полещук были командирами эскадронов. Они крепко сдружились, но при людях часто задирали друг друга.

- Биктяшеву и Полещуку воевать, наверное, не хочется? - усмехнувшись, говорит Осипов. - Шутка сказать - целый месяц нежились...

- Наоборот, товарищ майор, - надоело, - отвечает Хафиз.