На сегодняшнем интеллектуальном рынке ходит несколько главных рецептов спасения. Но, увы, ни один из них не подходит.

Назовём первый главный рецепт либерально-западническим. Его приверженцы пытаются доказать, что путь-то, в 1991 году избрали верный, только, вот реформы повели в неправильной, извращённой форме.

В общем, зеркальное отражение горбачёвских коммунистов, которые вопили о «нарушении ленинских норм», при строительстве коммунизма.

Давайте смоделируем этот путь. Давайте доведём ситуацию до логического венца, почти до абсурда.

Давайте представим, что коммунистов более нет, что парламент состоит только из назначенных президентом людей, которые проголосуют за всё, что бы он ни приказал. Хоть за закон о повышении зимней температуры за Полярным кругом.

Пусть эти депутаты принадлежат к одной-единственной партии президента и, без всяких споров, принимают все законопроекты, написанные Грефом или его заместителем, влажногубым юношей Дворковичем.

Вводим полную свободу купли-продажи земли, архильготные условия для иностранных инвесторов, полностью отменяем систему государственных пенсий, заставляем народ платить за всё и жить на корку хлеба в день. Что это изменит?

Да, ровным счётом, ничего. Как мы были в тупике, так в нём и пребудем.

Чтобы выжить в наступающем веке, русским мало установить у себя жёсткий монетаристский режим. Нужно, во что бы то ни стало, запустить инновационную экономику, процесс бурного освоения промышленностью новых технологий, а главное – эти новые технологии создавать, преодолев последствия десятилетнего разгрома нашей науки.

Мало кто из живущих в России, пожалуй, хочет того, чтобы она оставалась в нынешнем виде. Все – по крайней мере, на словах – хотят видеть её сильной и процветающей.

Но, как прийти к такому состоянию?

Увы, читатель, привычного пути к такому счастью у нас нет. Мы не можем перенять «один к одному» ни один из имеющихся на сегодня рецептов экономического успеха – ни немецкого, ни корейского, ни японского. Даже китайский опыт нам не подходит для полного копирования. А потому, всё равно, придётся искать свой путь.