И что же случилось, после десяти с гаком лет правления этой публики?

До сих пор мы живём не просто в сырьевой, а уже в гиперсырьевой экономике. Но даже здесь «реформаторы» допустили полный провал.

Если СССР добывал свыше 600 миллионов тонн нефти в год, то РФ – 320 миллионов тонн в 2000 году.

У нас осталась опустошённая Западная Сибирь, но зато, отпали нефтегазоносные, относительно удобные для разработки месторождения Казахстана и Северного Каспия.

Ушла Туркмения с 4,5-миллионным населением, которая, до последнего не желая выходить из Советского Союза, давала стране до 90 миллиардов кубометров великолепного природного газа, шедшего на экспорт. Что, в пересчёте на цены 2000-го, даёт свыше семи миллиардов долларов в год!

Нам осталась Восточная Сибирь, в которой, конечно, есть нефть. Однако, расположена она в таких таёжных глухоманях и буреломах, в таких скованных вечной мерзлотой местах, так далеко от удобных гаваней и существующих нефтепроводов, что, для её разработки и переброски, придётся потратить денег больше, нежели удастся выручить, за счёт её продажи. Понятное дело, что в рыночной экономике никто её добывать не будет.

При этом, промышленность России 2000-х годов, примерно, в 1,3 раза энергопрожорливее индустрии СССР 1985 года. То бишь, на единицу выпускаемого товара, Россияния тратит на 30 процентов энергии больше, нежели советская индустрия.

РФ 2000 года стала ещё менее конкурентоспособной на мировом рынке, нежели СССР пятнадцатилетней давности. При одновременном, чудовищном росте армии ни черта не производящих бюрократов, налоговых чинов, посредников и политиков, при раздувании численности милиции и, всякого рода, охранников на душу населения.

Рухнули мечты 1980-х о том, что мы свернём с гибельного пути экстенсивного развития, при котором, для наращивания производства, добывалось всё больше нефти, газа и руды, выплавлялось всё больше стали и строились всё новые и новые заводы.