Высокий патрульный кивнул. Он почти бессознательно дотронулся до своего револьвера.

– Все ясно, лейтенант. Если он вздумает бежать, мне его прищучить?

Клэнси устало помотал головой.

– Нет. Его уже прищучили. И вряд ли он вздумает бежать. Ты смотри, чтобы его кто-нибудь опять не прищучил.

– Понял, лейтенант. – Ладонь дернулась прочь от кобуры. Патрульный повернулся к сестре и вопросительно посмотрел на нее.

– Хирургия на седьмом этаже, – сказала она тихо.

– Понял. – Он двинулся к лифту чуть враскачку, вошел и нажал на кнопку. Двери бесшумно закрылись. Клэнси обратился к девушке:

– А теперь, мисс…

И опять зашуршали вращающиеся двери. На этот раз по стеклу кто-то сильно ударил. По кафельному полу застучали каблуки. Чья-то рука грубо схватила Клэнси за локоть. Глаза заместителя окружного прокурора Чалмерса были налиты гневом. Он шумно дышал.

– Лейтенант, если с моим свидетелем что-нибудь случится…

Клэнси вырвал локоть и нахмурился. Глаза его сузились.

– А вы что здесь делаете, Чалмерс?

– Как это понять – что я здесь делаю? Ранен мой свидетель, а вы спрашиваете…

– Мне интересно, как это вам удалось об этом узнать? Так быстро!

– Как мне удалось… Нет, вы только послушайте! Это вообще выходит за все рамки! Вы что же, надеялись все это утаить, лейтенант?

Клэнси стиснул зубы. Симпатичная медсестра с любопытством наблюдала.

– Чалмерс, либо вы ответите мне на мой вопрос, либо я вас ударю – и будет большой скандал! Откуда вам стало известно про стрельбу?

Помощник окружного прокурора, оторопев, раскрыл рот.

– Что вы сделаете? Ударите меня?

Клэнси шагнул к нему. Его цепкие пальцы вонзились в руку помощника прокурора.

– Чалмерс, в последний раз спрашиваю: откуда вам известно про стрельбу в отеле?

Чалмерс отпрянул, поднес руку к лицу и стал рассматривать свой рукав так, точно больше опасался урона, нанесенного костюму, а не своему достоинству.