
Помощник окружного прокурора посмотрел на лейтенанта, и нож, выполнивший свою роль, стукнулся о стол.
– Этот свидетель вызвался дать показания комиссии по уголовным делам в следующий вторник утром. – Он слегка кашлянул. – Его показания могут оказаться чрезвычайно полезными. Мы хотим, чтобы к тому моменту, когда соберется комиссия, он был бы жив.
Клэнси знал, что будет дальше. Его темные глаза гневно сверкнули.
– Я вас слушаю.
– Да вот, собственно, и все. Только это. Мы не хотим, чтобы его убили. – Наманикюренные пальцы небрежно взметнулись над столом. Тихий голос звучал бесстрастно, почти равнодушно. – Мы не хотим, чтобы его кто-то убил. В том числе и какой-нибудь полицейский, любитель побаловаться «кольтом»…
Клэнси склонился над письменным столом. Костяшки пальцев, вцепившихся в поношенную шляпу, побелели. Несмотря на данное себе обещание не нервничать, он начал терять над собой контроль.
– Послушайте, Чалмерс, это меня вы называете «любителем побаловаться „кольтом“?
– Я? Называю вас? – Белые ручки метнулись в разные стороны, выражая недоумение. – Вы меня не так поняли, лейтенант. Совсем не так. Я только хотел…
– Я знаю, что вы хотели! – Темные глаза впились в бледно-голубые. Клэнси вздохнул и выпрямился. – Ну, да, однажды я убил вашего свидетеля. Но он был сумасшедший. Он бросился на меня с заряженным пистолетом, и мне пришлось его убить. И вы позаботились о том, чтобы я не получил повышения, а был переведен на 52-й участок. – Тонкие пальцы перестали терзать помятую шляпу. Он подавил раздражение и понизил голос.
– Послушайте, Чалмерс. Если вы хотите организовать охрану своего свидетеля и вам не нравится, как мы это делаем, переведите его на территорию соседнего участка. Но только не надо… – Он осекся, понимая всю бесполезность дискуссии.
– Прошу вас, лейтенант. Не надо так волноваться! – В светлых глазах, глядевших в упор на Клэнси, появилась тень удовлетворения: помощник прокурора порадовался реакции посетителя. – Мне только хотелось объяснить, насколько нам важно обеспечить безопасность этого человека.
