— Иди, обед остынет, — сказал ему Вовка. — Сегодня щи неплохие привезли.

— Ага, ну давай, — с этими словами Олег выпрыгнул из окопа и затопал по тропинке к импровизированной взводной столовой.

Вовка скинул куртку и сапоги, забрался на лежанку, которая представляла из себя земляную ступень, на которой был разложен огромный бронежилет «Кираса» и два плаща от ОЗК (общевойсковой защитный костюм). Удобно разлегшись на ней, поставив автомат возле себя, он уставился взглядом на заросшее травой минное поле, что расселилось перед окопом. За полем виднелись домики чеченского села, а над всем пейзажем главенствовали горы. Было тихо и мирно. Вдалеке слышалось рокотание машин. Вовка залез в карман и с грустью обнаружил, что последняя сигарета рассыпалась. Свернув «козью ногу» из газеты он затянулся и с грустью подумал, что вот четыре года спустя он вновь оказался в этих местах. Ходит по какому-то замкнутому кругу. Тогда в далеком уже 1996 году ему казалось, что больше он никогда не вернется сюда. Не возьмет в руки оружия, даже компьютерные «стрелялки» внушали отвращение. И вот, снова на те же грабли. Планов на дальнейшую жизнь, как раньше он уже не строил. Сейчас, загорая на летнем солнце, Вовка погрузился в воспоминания.

Глава 1

Когда произошли известные события в Дагестане и взрывы домов в Москве, Владимир добросовестно охранял частную священную и неприкосновенную собственность на одном мебельном холдинге своего провинциального города за жалование около семидесяти долларов в месяц. Казалось ему что, наконец, вроде вписался он в реалии дикого провинциального капитализма. А тут еще и бывшая супруга стала чаще посещать его и может быть, лелеяла планы на восстановление семьи.