Но заинтересованное в его исследованиях руководство партии, поместив ученого в персональную камеру, заставило его продолжить исследования с радиоволнами. Вот только цель теперь была далека от лечебной – ему поручили изобрести «подавитель воли», чтобы попавшие под излучение прибора люди исполняли абсолютно все приказы. Михайловский стоял в шаге от страшного открытия, когда в 1938 году Сталин осудил ежовщину и вчерашние «чистильщики», «верные псы партии», были схвачены как враги народа и препровождены в камеры.

Один из заключенных, чьи мемуарные хроники дошли до наших дней, писал о тех событиях:

Сегодня нас опять вместо прогулки повели в пятый барак. Странно, но там всего один заключенный. Это странный человек, он может командовать и конвоирами и нами. Смотря в его глаза, невозможно ему возражать – он может заставить нас сделать все что угодно, совершить любой поступок. Мы дали ему кличку Доктор: он почти каждый день слушает нас, измеряет нашу температуру. Странно, но большинство из того, что он делает, я не могу вспомнить. Помню, как пришли к нему, помню, как выходил. А что было между… Нет, я не могу вспомнить! Не могу! И это страшно! Вчера, как донес тюремный телеграф до нашей камеры, из пятого барака не вернулись четыре человека, а позже Кривой (сидит за убийство малолетнего ребенка и жены) увидел, как их грузили на ЗИЛ с надписью «Хлеб». По его словам, четверых человек словно сбросили откуда-то с высоты или по ним проехал каток – они напоминали кровавые отбивные! А еще мне удалось подслушать разговор пьяных вертухаев

После тех событий в тюрьме ученого отпустили, и он вернулся в Крым, где продолжил свои исследования подавителя воли. Самое интересное, что в годы Великой Отечественной войны Михайловский исчез, так же как сгинули и все его приборы и научные работы.

Но вот что рассказывал, опять же в мемуарах, Олег Донец, ассистент профессора, знавший его до заключения в камеру:



15 из 124