Ведь сколько у нас загублено замыслов, столкнувшихся с суровым социальным заказом! В судьбе Симонова это сказалось большой мерой: все-таки «любимец» власти, молодой человек, сделавший головокружительную литературную и литературно-командную карьеру, лауреат 6 (!) Сталинских премий.

Надо было иметь твердость, чтобы потом через все это переступить, переоценить в себе и вокруг…

Здесь Константин Михайлович подтвердил в моих глазах свою репутацию историка, исследователя. Ведь каждая его запись, сделанная по следам встреч с вождем после войны, — бесценнейший документ, на который никто больше не рискнул.

А его позднейший, 1979 года, комментарий к стенограммам тогдашним — это уже акт серьезнейшей внутренней интеллектуальной работы. Работы казнящей, самоочищающей.

Война и Константин Симонов теперь неразрывны в памяти людей — наверное, так будет и для будущих историков нашего времени.

Очень важно для нас и то, что все Ваши всенародно известные и безоговорочно любимые творческие труды, касаясь почти всех важнейших событий войны, преподносятся читателю наиболее капитально, а главное — строго правдиво и обоснованно, без каких-либо попыток в угоду всяким веяниям послевоенных лет и сегодняшнего дня отойти от порою суровой правды истории, на что, к сожалению, многие из писателей, и особенно нашего брата, мемуаристов, по разным причинам идут так охотно.