А теперь о главном. Дискуссия вокруг Горького выходит далеко за рамки его трагической биографии и многогранного творчества и ставит насущный вопрос о критериях подхода к нашим национальным культурным ценностям, родившимся в сложнейших условиях после Октября. О необходимости преодоления шапкозакидательского нигилизма, о следовании конкретно-историческому принципу в подходе к прошлому во всей его противоречивости, о преодолении "черно-белого" мышления, свойственного самонадеянному дилетантизму.

Мне оказывают слишком большую честь, выставляя этаким псевдогероем-одиночкой ("обладатель приватизированной идеи отравления"). Между тем элементарное условие всякой дискуссии - точное обозначение адреса противника, его, так сказать, количественного и качественного состава. Оппонент упорно скрывает от читателя тот факт, что идея насильственного "устранения" Горького утверждалась не только в отечественном, но и мировом общественном мнении уже давно. Исповедуют ее крупнейшие ученые, иные с мировым именем.

"Факт убийства Горького можно считать непреложно установленным", утверждает Л.Флейшман (США). Обеими руками под таким утверждением могли бы подписаться те, кто пришел к такому же выводу своим путем: М.Нике (Франция), Р.Конквест (Англия), наши соотечественники Л.Резников, Л.Спиридонова, А.Антонов-Овсеенко, В.Кривицкий. Относящиеся к Горькому совсем по-разному писатели - А.Солженицын и И.Шкапа. Показательно само название статьи Вяч. Вс. Иванова (кстати, постоянного автора "ЛГ") "Почему Сталин убил Горького"... Ни с кем из этих авторов В.Тополянский не только не вступает в спор. Он их даже не упоминает. Зато в другой своей статье "М. Горький: умер сам или его умертвили", - опубликованной раньше ("ЛГ" от 12.06.96), он чохом, всех, опять же не называя имен, обвиняет в "мрачной мистификации". Вдумаемся, что такое в этом контексте мистификация, сознательная ложь?..